Есть ли предел человеческой жизни?

Неизбежно ли мы сгораем после почти столетия жизни или теоретически можем существовать намного дольше? Этот вопрос занимает умы ученых и простых обывателей на протяжении многих и многих веков. Давайте попробуем разобраться в этой запутанной проблеме.

В 2011 году британский опрос показал, что более 5 из 6 респондентов не хотели бы жить вечно. Но поставьте вопрос иначе – хотите ли вы умереть? Кажется, это отталкивающая перспектива для большинства. Возможно, поэтому сейчас так много ресурсов вкладывается в науку о продлении жизни – от богатых покупателей “молодой крови” до изучения образа жизни жителей “голубых зон” долгожителей (так называемые “голубые зоны” – это пять регионов, где наблюдается самая высокая концентрация долгожителей. Крепкое здоровье имеют жители Сардинии в Италии, Икарии в Греции, Никои в Коста-Рике и Лома-Линды в Калифорнии. А еще, конечно же, долголетием славятся жители Японии, а именно острова Окинава).

И, кажется, это работает! Как вид, люди живут дольше, чем когда-либо. В богатых странах средняя продолжительность жизни практически удвоилась за последние 150 лет, а число столетних долгожителей, по прогнозам, вырастет с 95 000 в 1990 году до 25 миллионов в 2100 году.

Но насколько далеко это может зайти? Обречены ли мы всегда угасать около столетнего рубежа или сможем увеличить максимальную продолжительность человеческой жизни, скажем, до 150 лет? А что если предела вообще нет?

Прикосновение седины

Хруст в коленях, ноющая боль в спине, все более смутные воспоминания о том, где вы оставили ключи – обычно мы воспринимаем это как классические признаки старения. Но на самом деле это не совсем так. Согласно самому простому научному определению, эти телесные недуги не являются результатом старения – они буквально и есть старение.

“Возраст и старение – не одно и то же,” – объясняют в Институте биологии старения Макса Планка. “Возраст – это просто цифра, часто субъективная. А старение – это наблюдаемый процесс, который можно описать и определить научно. В исследованиях старения оно определяется как прогрессирующая потеря физиологической целостности, ведущая к функциональным нарушениям и повышенному риску смерти”.

Итак, почему мы стареем? Это вопрос о том, что вызывает эту дегенерацию – и здесь простой ответ внезапно становится невероятно сложным. Старение, насколько нам известно, является результатом целого ряда различных, но взаимосвязанных факторов: некоторые природные, некоторые приобретенные; некоторые контролируемые, а другие – результат случайности, плюс те, о которых мы пока даже не знаем.

Возьмем, к примеру, питание. Интуитивно можно было бы подумать, что свободный доступ к еде увеличит продолжительность жизни – ведь трудно дожить до 100 лет, если велики шансы умереть с голоду в 9. Но реальность еще странее: “Широко известно, что диеты с ограничением калорий могут продлить жизнь, – пишет Харалампос Раллис, лектор по клеточному старению в Эссекском университете. – Краткосрочные исследования показывают, что это также улучшает здоровье человека”.

жизни

Точно так же жизнь, прожитая в комфорте, может быть короче, чем с некоторыми трудностями. Это не так бессмысленно, как может показаться: “Когда пищи вдоволь, а стресса мало, эти гены работают, пока светит солнце, поддерживая рост и размножение, – объясняет Элисон Вулларт, доцент кафедры биохимии Оксфордского университета. – Но в трудных условиях они принимают философию “все должно быть только лучше” – их активность меняется, запуская целый физиологический сдвиг в сторону защиты и поддержания клеток”.

Получается, что рост и размножение, которые на первый взгляд звучат позитивно, на самом деле – особенно после того, как вы закончили формироваться – являются пустой тратой ресурсов. Процесс трансляции, при котором клетки строят новые белки и делятся, энергозатратен и ограничен: рано или поздно клетка становится сенесцентной, или неспособной к дальнейшему делению.

Скорость, с которой достигается этот предел, определенно связана с продолжительностью жизни. “Клетки галапагосской черепахи делятся около 110 раз, прежде чем стать сенесцентными, – отмечает биомедицинский исследователь Ави Рой, – тогда как клетки мышей становятся сенесцентными уже после 15 делений”.

Деньги или жизнь?

Говорят, только две вещи в жизни неизбежны: смерть и налоги. Однако, если вы богаты, можно избежать обоих – по крайней мере, на это всегда надеялись самые обеспеченные люди мира.

В прошлом в погоне за вечной молодостью Клеопатры и Цезари принимали ванны из молока ослиц и использовали маски из крокодильего помета. Сегодня ситуация не намного лучше.

Взять хотя бы американского технологического миллиардера Брайана Джонсона. Он тратит в среднем 2 миллиона долларов в год на псевдонаучные “анти-возрастные” технологии, утверждая, что его тело теперь “накапливает повреждения от старения… медленнее, чем у среднего годовалого ребенка”. Что ж, если это правда, должно быть очень утешительно, учитывая, что его режим включает еженедельные кислотные пилинги, 23-часовые голодания и использование собственного сына в качестве переносного донора крови.

Но “нет никаких доказанных клинических преимуществ” инфузий плазмы или крови для замедления возрастных заболеваний, пишет Рэйчел Джефферсон-Бьюкенен, лектор по изучению человеческого движения (здоровье и физкультура) и творческих искусств в Университете Чарльза Стёрта.

“Многие методы Джонсона по обращению старения вспять крайне сомнительны, основаны на ненаучной бредятине и имеют известные побочные эффекты”, – говорит она.

Так что же мы можем сделать, чтобы выжать лишние годы из нашего пребывания на Земле? Ответ прост и, к сожалению, может вас разочаровать: “Для широкой публики соблюдение нормального веса, отказ от курения, умеренное употребление алкоголя и потребление как минимум пяти порций фруктов и овощей в день могут увеличить продолжительность жизни на 14 лет по сравнению с теми, кто ничего из этого не делает”, – пишут Ричард Фарагер, профессор биогеронтологии Брайтонского университета, и Нир Барзилай, профессор медицины и генетики Университета Альберты. Возможно, это скучно, но эффективно.

жизни

В конце концов, долголетие может сводиться к чистой удаче. “Одно исследование показало, что до 60 процентов столетних евреев-ашкенази всю жизнь были заядлыми курильщиками, – рассказывают Фарагер и Барзилай. – Половина из них большую часть жизни страдали ожирением, меньше половины занимались даже умеренными физическими упражнениями, а вегетарианцев среди них менее трех процентов”.

Кто хочет жить вечно?

Итак, вот оно: правильное питание, никакого курения и попытка не дать своим клеткам увлечься избыточным белковым строительством. Но если формула так проста, можем ли мы сказать, каков верхний предел ожидаемого результата?

Ответить на этот вопрос непросто – достаточно вспомнить, сколько предполагаемых “максимальных пределов человеческой жизни” было превышено в последние десятилетия.

“В 1921 году было “доказано”, что возраст свыше 105 лет “невозможен”, – пишет Фарагер. “С тех пор критиковались все попытки оценить пределы долголетия, потому что каждый предложенный “максимальный предел” продолжительности жизни в конечном итоге был превзойден”.

Тем не менее, несмотря на все это успешное долгожительство, плюс постоянно растущее население, одна цифра остается неизменной уже более четверти века: возраст самого старого когда-либо жившего человека, Жанны Кальман, которая умерла в 1997 году в поистине феноменальном возрасте 122 лет и 164 дней. 

Эта цифра заметно близка к одному из часто предлагаемых пределов человеческой жизни: около 120 лет. И непревзойденный рекорд мадам Кальман – не единственная причина популярности этой цифры. “Если мы посмотрим, как стареют наши органы, и экстраполируем эту скорость старения на возраст, в котором они перестанут функционировать, то большинство расчетов указывают, что органы будут работать лишь до 120 лет в среднем”, – объясняет Фарагер.

Математические модели также предсказывают подобную точку отсечения. Одно исследование 2016 года, например, использовало демографические данные, чтобы сделать вывод, что у людей есть фиксированный максимальный предел продолжительности жизни около 125 лет – и что шансы любого человека достичь этого возраста меньше одного на 10 000. Другие исследования давали очень похожие цифры: 115, 124, 126, 130 лет и так далее.

Но некоторые ученые не так пессимистичны. Прорывы в понимании процесса старения привели к гипотетическому максимальному пределу продолжительности жизни до 150 лет, а для других потолок вообще отсутствует.

“Мы видим, что смертность в экстремально преклонном возрасте немного снижается, – сказал Кен Вачтер, профессор демографии и статистики Калифорнийского университета в Беркли и ведущий исследователь научной работы о старении 2018 года. – Это означает, что мы не упираемся в предел продолжительности жизни”.

Не бойтесь жнеца

Ладно, жизнь на диете из одного часа поедания капусты в день и сцеживание “молодой крови” у своих отпрысков не звучит весело, но, вероятно, оно того стоит – ведь речь идет о бессмертии!

жизни

К сожалению, ставки, скорее всего, принимаются только на ограниченную продолжительность жизни. “Меня немного удивляет, что кто-то сегодня ставит под сомнение существование предела”, – заявил С. Джей Ольшанский, эксперт по долголетию и профессор Школы общественного здравоохранения Чикагского университета.

“Не имеет значения, есть ли плато смертности в крайне преклонном возрасте или нет, – утверждает он. – Очень немногие доживают до тех лет, а риск смерти в этом возрасте настолько высок, что большинство людей вряд ли проживут значительно дольше нынешних пределов”.

Конечно, есть множество предлагаемых “лекарств” от старения и смерти: исследования показали, что удаление сенесцентных клеток у мышей может улучшить их здоровье и продлить жизнь; прогресс в машинном обучении сделал реальностью поиск противовозрастных препаратов с помощью искусственного интеллекта; клинические испытания пытаются воздействовать на признаки старения, такие как запас стволовых клеток и межклеточная коммуникация. Но для Ольшанского попытка жить вечно подобна стремлению пробежать милю за две минуты: “Человеческое тело физически неспособно двигаться так быстро из-за анатомических ограничений. То же самое относится и к человеческому долголетию”.

И, возможно, в конце концов это не так уж и плохо. Общество движется вперед – и наши тела, к сожалению, тоже. Наша конечность существования дает возможность новым поколениям привнести свежие идеи и энергию.

“Смерть – это побочный продукт размножения,” – говорит Майкл Р. Роуз, эволюционный биолог из Калифорнийского университета в Ирвине. “Если бы мы были бессмертны, никогда не умирали и не стали бы давать место новым организмам с новыми генами, то единственное, что мы могли бы изменить – нашу среду обитания. И мы бы изменяли её медленно, потому что широко распространённое неприятие изменений часто лучше служит выживанию вида”.

Иными словами, вечная жизнь, вероятно, положила бы конец прогрессу и разнообразию. А это, в свою очередь, снизило бы наши шансы как вида на выживание в долгосрочной перспективе – изменяющаяся среда неминуемо оставит неспособных адаптироваться позади.

“Виду необходимо постоянный приток новых генов, чтобы процветать в изменяющейся среде, а не просто приспосабливаться к текущим условиям”, – добавляет Роуз. “Бессмертие, таким образом, было бы эволюционным тупиком”.

И даже если бы мы могли преодолеть биологические ограничения, существуют этические соображения. В мире с конечными ресурсами бесконечные жизни означали бы массовое перенаселение и катастрофическую нехватку ресурсов. 

“Неужели мы действительно хотим жить все дольше и дольше?” – спрашивает Йорис Дилен, молекулярный эпидемиолог из Института биологии старения Макса Планка.

“Как учёный, я не стремлюсь к тому, чтобы люди жили до 130 или 140 лет. Гораздо важнее то, что они дольше остаются здоровыми, и мы можем отсрочить возникновение возрастных заболеваний или, в идеале, вообще предотвратить их”.

Так что, возможно, вся эта концепция бессмертия – просто большое заблуждение. Физические законы Вселенной, кажется, построены так, чтобы всё имело свой цикл рождения, роста, старения и смерти – включая нас самих. Быть может, мудрее принять это и сосредоточиться на том, чтобы жить максимально полно в отведенные нам годы. Ведь, как говорил Вудро Вильсон, “рождение и брачное ложе, а также могила, конечны так же, как и звездное небо”.

Итак, даже если найдется долгожданная панацея против старения, лучшая стратегия, вероятно, не в стремлении к бессмертию, а в создании полноценного общества, которое заботится о своих стариках, уважает мудрость, которую они накопили с возрастом, и позволяет им жить долго, но не вечно. Ибо в конце концов смерть придает жизни драгоценную ценность, которую мы все разделяем.

Читайте также: Жизнь, которую нужно прожить

Поделиться

Добавить комментарий

Больше на Душа и Сознание

Оформите подписку, чтобы продолжить чтение и получить доступ к полному архиву.

Читать дальше